Скромная мода: производители «благопристойной» одежды РТ просят поддержки
Исполнительный директор и сооснователь бренда SABR (Татарстан) Раиль Гимадеев рассказал на KazanSummit-2021, что сегмент «благопристойной» моды – modest fashion - гораздо более узкий, по сравнению с другими. По его словам, компания была основана более 10 лет назад. Одежда реализуется, как на территории Татарстана, так и в России и странах СНГ по офлайн и онлайн-каналам. Производство располагается в Казани и Набережных Челнах.
«Рынок «благопристойной» одежды есть, и он растет. Но если посмотреть все созданные в России бренды, то можно увидеть, что все они находятся, плюс-минус, на одном уровне. И мы очень сильно отстаем от наших коллег, которые производят одежду для всех. У нас узкий сегмент. При этом целевая аудитория modest fashion делится на тех, кто носит очень закрытую одежду, очень широкое либо очень узкое, с национальными мотивами и без них. То есть мы и так работаем в узком сегменте, которые еще более сужается», – сказал Гимадеев.
Также предприниматель отметил, что компании недоступны меры поддержки, которыми могут воспользоваться другие компании. «Как масштабируются другие бренды – естественно, за счет кредитования. Но мы в силу религиозных убеждений не можем позволить себе кредиты. Определенные исламские инструменты есть, но на сегодня это обходится очень дорого: в среднем, около 20% годовых – намного дороже, чем обычные кредиты. В результате, мы теряем свою конкурентоспособность. Хотелось бы какой-то региональной поддержки, субсидирования и содействия местных органов власти, которые станут импульсом для развития нашей индустрии», – сказал предприниматель.
Аналитик ФГ «ФИНАМ» Алексей Коренев рассказал РБК Татарстан, что исламский банкинг характеризуется рядом особенностей: запретом ссуд под проценты, сделок с неопределенностью, инвестиций в производство алкоголя, переработку и продажу свинины, азартные игры и так далее. В его основе лежат операции с товаром или активами, а не с деньгами как таковыми.
Альтернативой процентному кредиту считается основанное на доверии партнерство («шарика ал-вуджух»). Активно используется двойная продажа («мухатара»), когда комиссия выплачивается агенту, купившему товар за свой счет для заказчика, или же «хавала» — средство перевода долга от одного лица к другому.
Вместо кредитования в привычном понимании в исламском банкинге есть сходный с проектным инвестированием механизм. Вместо депозита клиенты исламских банков вкладывают деньги в некое подобие ПИФов, получая не процентный доход, а нечто сходное с дивидендами.
«Самый популярный банковский продукт – «мурабаха», когда банк покупает нужный заемщику товар или актив и потом перепродает ему в рассрочку со своей наценкой. Идея в том, что банк должен отвечать за товар. Для капитальных инвестиций (доверительное управление) есть «мудараба» — контракт с разделением прибыли и убытков и так далее», – рассказал Коренев.
Исполнительный директор бренда Sahara Алия Халикова рассказала, что им более выгодно было открыть производство мусульманской одежды не в России, а в Турции. При этом в РФ компании предлагали господдержку.
«Даже если в России оказывают поддержку в открытии крупного производства, то возникает вопрос времени. Если рассматривать Китай и Турцию, то географически фабрики, которые производят ткани, фурнитуру, отшивают одежду, находятся в шаговой доступности. Поставщиков море, можно получить любую услугу – лазерную резку, вышивку по любой цене. А когда есть выбор, можно производить классные вещи. В России за короткое время большую коллекцию не произведешь», – сказала Халикова.
Глава представительства Islamic Fashion & Design Council (Совета исламской моды и дизайна) в России, главный редактор журнала Cover Диляра Садриева заявила, что руководству республики необходимо поддержать производителей «скромной» одежды. По ее мнению, у столицы Татарстана есть шансы стать центром такой моды в РФ. Но эксперт отметила, что ей неизвестно ни об одном бренде из сегмента modest fashion, который бы пользовался теми же мерами господдержки, что и другие представители малого и среднего бизнеса.
«Я хотела бы обратить внимание: помимо того, что modest fashion несет культуру, это во многом женский бизнес, рабочие места для женщин. Часто именно в этой сфере реализуется женщина-мусульманка. Это нельзя недооценивать. И даже с этой точки зрения поддержка данного сегмента очень важна», – сказала Садреева.
Эксперт сообщила, что потребительский потенциал мирового сегмента modest fashion оценивается в $400-450 млрд. Однако и сами предприниматели, и власти зачастую относятся к данному бизнесу, как к хобби. Это тоже сдерживает развитие бизнеса.
«Главное отойти от понятия, что это развлечение. Это бизнес, в котором нужно постоянно развиваться, держать руку на пульсе и следить за рынком», – подчеркнула эксперт.
Читайте РБК в MAX! Самые важные новости, только проверенная информация.
Морской экспорт российской нефти в Китай в январе стал рекордным
Внешний долг России впервые за 20 лет превысил $60 млрд
США обсудят с Венгрией и Словакией отказ от российского газа
The Economist узнал, что США задумались об отправке топлива на Кубу
ВЦИОМ перед 14 февраля составил индекс любвеобильности россиян
Google предупредила Европу о «конкурентном парадоксе»
